Пленники «Мисс превосходства»

Этих писем в узких белых конвертах, написанных на плотной шероховатой бумаге, набралось уже больше десятка. Карол наизусть знала их содержание, слова из них преследовали ее, снова и снова наполняя страхом: неизвестные сообщали, что собираются поставить новый рекорд, достойный Книги рекордов Гиннесса, а именно стереть с лица земли ее автора и основателя Норриса МакУиртера - мужа Карол.

Разумеется, МакУиртеры известили полицию об угрозах, и за их домом в северном пригороде Лондона велось наблюдение. Вроде бы даже к Норрису приставили скрытую охрану, которая присматривала за ним. Но тем не менее при желании добраться до мужа Карол можно было без проблем: он регулярно появляется в прямом эфире в телевизионных программах, бывает на приемах в правительственных кругах, дает десятки интервью и вообще обожает общаться. Неужели он не боится? На этот вопрос, заданный однажды Карол, муж уклончиво ответил, что после того, что случилось с братом, он закрыл для себя тему страха.

А вот она эту тему при всем желании закрыть не могла! Карол наполнял панический ужас при мысли о приближающемся через пару месяцев - осенью 1985 года - тридцатилетнем юбилее Книги рекордов Гиннесса. Отмечать это торжество собирались как никогда грандиозно: будут толпы парода, ажиотаж, суета - самое благоприятное время для злоумышленников!

Ладно, в сторону черные мысли! Столько всего еще надо успеть... Норрис попросил ее набросать к юбилею тезисы о памятных моментах в истории книги; кроме того, надо помочь ему разобраться с корреспонденцией. Несмотря на то что Книга рекордов Гиннесса стала фактически отдельной индустрией, ее филиалы есть во многих странах, на имя главы ее лондонской штаб-квартиры Норриса МакУиртера до сих пор приходит чуть ли не до тысячи писем в день; и ее сверхдобросовестный, сверхпунктуальный муж по сей день считает своим долгом прочесть все, что адресовано лично ему, и каждому психу ответить персонально. А то, что 95 % пишущих - попросту больные люди, в этом, увы, давно нет никаких сомнений. Во всяком случае, у Карол.

Вздохнув, Карол присела к массивному письменному столу и загляделась на аккуратно подстриженную лужайку за окном. Она заметила, что ее любимые огромные липы уже слегка тронула осенняя желтизна. Как хорошо, что в свое время они купили этот дом, по крайней мере вокруг столько зелени - отрада для глаз. Здесь как-то совершенно незаметно выросли и давно упорхнули из дома двое их детей - дочь Джейн и сын Аласдер, которыми, к сожалению, ей так мало довелось заниматься: вся жизнь была посвящена обслуживанию «мисс Превосходства» - так в семье прозвали Книгу рекордов Гиннесса (первоначально она называлась «Книга превосходных степеней» - отсюда и пошло прозвище). По сути и муж, и Карол превратились попросту в придаток безразмерной и ненасытной «мисс Превосходство», и она перемолола их жизни, как бездушный гигантский молох. С годами Карол начала относиться к ней с совершенно персонифицированной неприязнью, если не сказать - ненавистью. Но привязанность к ней супруга была непобедима и с годами только росла...

Со своим будущим мужем, Норрисом МакУиртером, Карол, тогда студентка знаменитой лондонской кулинарной школы Le Cordon Bleu, познакомилась на каникулах в заснеженных швейцарских Альпах в далеком 1956 году. Тридцатиоднолетний Норрис с первого взгляда сразил ее сердце задорным русым хохолком, острым взглядом живых серых глаз и атлетической фигурой, на которую засматривались все девушки. То, что он при этом был эрудитом и умницей, она узнала уже позже. Карол сочла хорошим предзнаменованием тот факт, что ее новый знакомый - тоже лондонец, как и она, - оказался автором и издателем некоей «Книги превосходных степеней». О самом высоком и самом низком, большом, маленьком, быстром, старом, новом, громком, горячем, холодном, сильном. Кстати, той самой книги, которую отец только что подарил им с мамой на Рождество! Карол еще даже не успела ее раскрыть и только теперь припомнила слова отца, что этот маленький томик весь год не позволит им скучать.

Это 198-страничное издание появилось на свет 27 августа 1955 года, примерно за год до знакомства Карол с Моррисом. Она читала и поражалась: где только Норрис накопал все эти невероятные факты про самые большие в мире цветы, самую холодную воду, самое высокое здание, самый долгий дождь?

Любопытно, черт возьми, просто не оторваться! Карол зачитывала друзьям и родителям цитаты из книги своего нового друга, и потом еще долго-долго они развлекали ими всех приходивших в дом гостей. Легко себе представить, что наверняка то же самое происходило и во многих других английских семьях, где оказалась эта книга. Так что при первом знакомстве «мисс Превосходство» произвела на Карол самое выгодное впечатление. Не менее неотразимым ей казался автор этой книги, в которого она, попросту говоря, по уши влюбилась.

Отец Карол, мистер Экерт, гордился тем, что замысел книги родился, так сказать, в недрах его родной компании Guinness. С одной стороны, Экерты являлись дальними родственниками тех самых Гиннессов, которые в XVIII веке основали пивоваренный бизнес. С другой - отец Карол работал в самой компании уже при четвертом по счету прямом потомке основателя, Руперте Эдварде Сесили Ли Гиннессе.

...Однажды ненастным вечером 1954 года в графстве Уэксфорд, что на юго-востоке Ирландии, в уютном жарко натопленном пабе управляющий компанией Arthur Guinness Son and Co, сэр Хью Бивер, ужинал с друзьями после охоты па птиц.

Охота, к его величайшему сожалению, оказалась неудачной: сэр Бивер самым нелепым образом промазал - золотистая ржанка успела увернуться от его меткого выстрела. Как во всяком настоящем охотнике, в Хью болезненно ныло задетое самолюбие, и он принялся с жаром доказывать, что все дело в том, что золотистая ржанка - самая-самая быстролетная птица. Однако среди друзей Бивера нашлись те, кто заявил, что а вот и нет, самая быстролетная птица вовсе не ржанка, а шотландский тетерев. Уже были выпиты десятки литров пива из погребов провинциального паба, а спор все не утихал. Ночью плохо спавшего Хью Бивера осенила мысль, что в британских пабах в принципе неплохо бы иметь под рукой специальную книгу наподобие справочника, в которой содержались бы поучительные сведения о том, например, кто быстрее всех летает, или ползает, или бегает, кто больше всех ест... Ведь наверняка каждый вечер в 85 тысячах пабов по всей стране вспыхивают споры на подобные темы, и разрешить их может только драка, ибо нет такого справочника, в котором эти факты можно было бы доподлинно проверить.

«Вот что значит обратиться к правильным людям в правильное время», - часто думала Карол. Надо ведь было, чтобы из всего огромного Лондона и изо всей страны выбрали именно МакУиртеров для воплощения идеи сэра Бивера. Точно Бог на ухо нашептал, а, скорее всего, просто «мисс Превосходству» не терпелось поскорее появиться на свет, и она точно знала, кто окажется для нее самым лучшим родителем. Норриса порекомендовал Биверу Кристофер Чатауэй, в прошлом спортсмен, как и сам Норрис, - в былые времена они оба занимались спринтом. Теперь же Чатауэй - солидный пивовар в компании Гиннессов, а Норрис МакУиртер открыл свое информационное агентство и поставлял информацию различным издательствам, составителям энциклопедий, монографий и справочников. Как бы то ни было, Хью Бивер для начала пригласил Норриса на ленч, чтобы познакомиться поближе. Однако на этом ленче в принадлежавшем Гиннессам пабе, что неподалеку от Тауэра, Норрису не удалось притронуться к еде, ибо сэр Бивер, преисполненный важности собственного проекта, экзаменовал его четыре часа кряду! В самом деле, не мог же он поручить авторство своего справочника недостаточно образованному и нелюбознательному человеку! Разумеется, он был в курсе, что Норрис окончил Оксфорд, но мало ли неучей его окончило!

- А назовите-ка, молодой человек, самую быстролетную птичку, - не без лукавства задал Бивер свой первый вопрос.

- Сокол-сапсан, латинское название Falco peregrinus, - задумавшись не более чем на секунду, выпалил Норрис. - В пикирующем полете способен развивать скорость до 390 километров в час.

Бивер пораженно и немного подозрительно уставился на испытуемого, а потом, закряхтев, полез в свою шпаргалку: конечно, он подготовил ответы, чтобы не ударить в грязь лицом, но выучить наизусть не успел, хотя блеснуть кругозором хотелось. В биверской подсказке значилось - предельная скорость полета сапсана только 370 километров в час. Норрис невозмутимо заметил, что просто разные энциклопедии дают разные данные. И процитировал уточняющие цифры еще из трех уважаемых источников.

- Самое тяжелое млекопитающее? - выдержав паузу, спросил Бивер.

- Голубой кит, - последовал незамедлительный ответ МакУиртера, - латинское название Balaenoptera musculus, вес взрослой самки в среднем около 120 тонн, - на этот раз Норрису не потребовалось на раздумья даже секунды.

Бивер знал, что ответ верен, и теперь внимательно обшаривал глазами Норриса и пространство вокруг него - словно неожиданную подсказку он мог получить с неба или, на худой конец, из-под стола. И наконец последний, коронный вопрос, на который, Бивер был уверен, МакУиртер точно не ответит.

- Мистер МакУиртер, а не назовете ли вы мне язык, в котором самое меньшее число неправильных глаголов? - с торжествующей медлительностью произнес Бивер.

- Это турецкий язык, мистер Бивер, - снова без паузы ответил Норрис, - в нем только один-единственный неправильный глагол.

...Вскоре для Карол причина таких обширных познаний Норриса перестала быть тайной, а пока их роман неторопливо набирал силу. Часто случалось, что, вместо того чтобы прошвырнуться вечерком по Лестер-сквер и выпить того же пива Guinness, Карол стояла над душой у Норриса, пока тот для своей «мисс Превосходство» в пятнадцатый раз сверял данные относительно самого длинного лошадиного хвоста - в разных энциклопедиях они отличались на несколько миллиметров! Но вот наконец Норрис отрывался от работы, и они шли гулять. С ним было интересно - он знал массу самых невероятных историй о самых невероятных вещах и умел рассказывать их так живо и остроумно, что не возникало иссушающего впечатления, будто общаешься с ходячей энциклопедией. Он звал Карол Булкой и поддразнивал, спрашивая, когда же она ему приготовит обещанный десерт. Карол тогда и вправду мечтала стать знаменитым кондитером. Однако после замужества все эти мечты улетели, как осенние листья - ей пришлось заниматься отнюдь не приготовлением десертов. А жаль, возможно, ее жизнь оказалась бы куда спокойнее и приятнее, если бы проходила среди сладкого запаха какао и ванили. Кстати, именно Норрис просветил ее, что, оказывается, самая дорогая пряность в мире - это шафран, а самый дорогой орех - макадамия. Много лет спустя, где-то в начале 1980-х годов, их с Норрисом пригласили в один нью-йоркский ресторан, где предложили отведать самый дорогостоящий в мире десерт стоимостью в десять тысяч долларов. Карол распирало нетерпеливое любопытство поскорее попробовать это диво. Им оказалось сливочное мороженое на двадцати пяти сортах какао, украшенное взбитыми сливками, кусочками съедобного золота и маленькой шоколадкой La Madeline au Truffle. Норрис недоуменно вскинул брови: он отказывался понимать, за что же дерут такие деньги. Выяснилось, что десерт подают в бокале, украшенном золотой каймой и алмазами, с золотой ложечкой в придачу - и все это оставалось клиенту на память о божественном лакомстве. Сколько МакУиртера ни убеждали, он отказался включить это беспардонное надувательство в свою Книгу рекордов Гиннесса.

Но до этой точки их жизни в те незабываемые первые дни романтических прогулок по Лондону было еще далеко.

С замиранием сердца Карол ждала, когда же Норрис сделает ей предложение. В одобрении своих родителей она не сомневалась, но немного побаивалась его семьи. Отец Норриса, Уильям Аллан МакУиртер, был крупным лондонским газетчиком, первым англичанином, издававшим три национальные газеты: Sunday Pictorial, Sunday Dispatch и Daily Mail.

Долгожданное объяснение между Карол и Норрисом произошло весной 1957 года; судьба, наверное, с самого начала строго следила за тем, чтобы ей не было скучно с избранником. На следующий вечер после того как Норрис предложил Карол руку и сердце, каблучки ее счастливых туфелек готовы были выстукивать радостную чечетку на мостовой Оксфорд-стрит. Но вдруг, случайно повернув голову в сторону сквера, где детишки с няньками кормили голубей, Карол замерла от неожиданности. В первую секунду она не поняла, что ее поразило, а во вторую - не поверила своим глазам. Высокий парень с развевающимся на ветру хохолком - точь-в точь ее Норрис! - страстно целовал девушку. «Не он, - строго сказала себе Карол. - Просто похож». Но в эту минуту молодой человек оторвался от своего занятия и взглянул прямо на нее. Это был Норрис МакУиртер собственной персоной. При этом он не пытался убежать, отвернуться, не смутился и не отвел глаза. С совершенно недоуменным лицом он смотрел на вытаращившуюся на него Карол, потом чуть заметно пожал плечами и повернулся к своей спутнице. Карол кинулась прочь - обескураженная, униженная, потрясенная... На следующий день Норрис посмел явиться к ней на занятия, и она, неловко размахнувшись, при всех огрела его своим рюкзачком с книгами. Придя в себя, он произнес:

- Аргументы?

- Какие тебе еще аргументы? - Карол рассвирепела от возмущения.

- Аргументы, за что ты меня так.

- Катись к своей крале!

Норрис секунду сосредоточенно думал, а потом... захохотал:

- Ты можешь тут подождать меня полчаса? Ровно полчаса, обещаю.

Через полчаса перед Карол предстали... два Норриса. Из плоти и крови, настоящие, в одинаковых голубых джинсах и белых рубашках. С одинаковыми развевающимися русыми хохолками. С одинаковыми светло-серыми насмешливыми глазами. Она растерянно молча смотрела на них и ничего не понимала. Миссис Карол МакУиртер и нескольких десятков лет совместной жизни не хватило на то, чтобы привыкнуть к факту: у Норриса есть брат-близнец по имени Росс, они родились с разницей в двадцать минут - Норрис старше. Внешне же братья абсолютно идентичны; их мать Маргарет рассказывала, что даже специалисты-доктора удивлялись такому полному сходству - обычно близнецы хоть мелочью, да отличаются.

Через несколько лет после свадьбы Карол и Норриса Росс женился на Розмари Уильямс, и Карол с Розмари часто смеялись, говоря, что их угораздило влюбиться в одного и того же человека, просто существующего в двух экземплярах! Дело в том, что характеры братьев МакУиртер также были невероятно схожи: та же скрупулезность и дотошность во всем, доходящая до абсурда любовь к порядку, доставшаяся обоим уникальная фотографическая память - МакУиртеры могли небрежно пролистать с десяток страниц любой книги, включая учебник по высшей математике, и запомнить все, вплоть до мельчайших сносок. Именно это качество так потрясло сэра Бивера в ту первую встречу с Норрисом и до сих пор поражало Карол. Даже болезни были у братьев схожи: оба, например, страдали язвой желудка; жены тихонько шутили между собой, что, вполне возможно, обе они не заметят никакой разницы, если в спальне на месте законного мужа окажется его брат. Тем не менее Карол и Розмари дружно потребовали, чтобы мужья носили разные прически и никогда не одевались одинаково; но очень часто случалось так, что на какое-нибудь общественное мероприятие, связанное, как правило, с презентацией их главного детища - все той же Книги рекордов Гиннесса - они, не сговариваясь, являлись одетыми в одинаковые костюмы. Просто у них оказались до абсурда одинаковые вкусы, и часто близнецы покупали одну и ту же одежду. Надо же было такому случиться, что на прием к королеве - уже после того как их Книга стала самым знаменитым бестселлером всех времен и народов - они явились неотличимыми друг от друга: в черных костюмах одной фирмы и с черными бабочками. Елизавета на секунду застыла с раскрытым ртом, наверняка усомнившись в своем здравом уме и решив, что у нее двоится в глазах.

Однако же если Карол и Розмари достался в мужья практически один и тот же человек, то и соперница им досталась тоже одна на двоих - вездесущая, непобедимая, плодящаяся с какой-то несусветной скоростью «мисс Превосходство». Обновляемая каждый год, уже через пять лет своего существования она обогнала по количеству тиражей все книги и приблизилась к Библии и Корану! Ситуация просто неслыханная.

Сэр Хью Бивер ошибся в своих расчетах: он-то думал распространять справочник только по пабам, а его теперь буквально сметали с полок книжных магазинов - от самых крупных до самых завалящих. Как заметила сама королева Елизавета, в Великобритании, кажется, не осталось ни одного дома, где на почетном месте не лежала бы Книга превосходных степеней, которую для большей солидности переименовали сначала в Книгу рекордов Гиннесса, а потом, когда она вышла за пределы страны, - в Книгу мировых рекордов Гиннесса. Но для домашних ее прозвище не изменилось, для них она так навсегда и осталась «мисс Превосходство».

Эта капризная мисс требовала неусыпного внимания. Когда наконец все или почти все природные явления были учтены, все животные измерены и зафиксированы на предмет самых больших длины, веса, ядовитости и прочих «самых-самых» качеств, вот тут-то и начались трудности для братьев МакУиртер: чем новеньким в следующем году будем удивлять читателя? Как говаривал Норрис, читатель не может из года в год жевать одну и ту же жвачку из длины лошадиных хвостов!

Карол часто вспоминала, как она кормила их маленькую дочку Джейн, а в ушах все звучали слова Норриса, брошенные перед уходом на работу: «Подумай, Карол, что новенького мы можем еще придумать? Если что-то придет в голову - тут же звони мне». Ее взгляд тогда упал на вылизывавшегося в кресле их рыжего толстого кота. В свое время он увязался за ними на улице, и маленькая Джейн все спрашивала, сколько котику лет. И Карол осенило: в самом деле, а почему бы не узнать, сколько сейчас лет самому старому английскому коту? В порядке бреда она подкинула этот вопросик Норрису, тот посоветовался с Россом - и оба пришли в мальчишеский восторг.

Энциклопедии, разумеется, не предоставляли сведений о самых старых кошках, живущих сегодня в Англии, поэтому МакУиртеры решили дать объявление в национальные газеты с просьбой сообщить им сведения о кошках-долгожителях, чтобы потом занести их в Книгу рекордов Гиннесса. В течение только первой недели пришло больше трех тысяч писем! Надо было как-то ограничить поиск, поэтому попросили обращаться только хозяев, чьи питомцы имели подтверждающие возраст документы. Какая же это была работенка! Карол вместе с братьями иногда разъезжала по адресам, откуда они везли орущих претендентов в долгожители в ветеринарную клинику - чтобы подтвердить возраст, потому что даже имеющим документы хозяевам не всегда можно было верить - МакУиртерам подсунули не один десяток фальшивых кошачьих паспортов.

В конце концов после нескольких месяцев адского труда удалось-таки определить самую зажившуюся английскую кошку - ею оказалась облезлая тридцатичетырехлетняя Тебби из пригорода Лондона; в ответ на поздравления старая нахалка пребольно укусила Норриса за палец.

Долгое время Карол думала, что только Норрис и Росс, будучи авторами и составителями Книги, могут регистрировать рекорды, и очень удивилась, узнав, что уже довольно давно у них имеется целый штат сотрудников, существовала даже специальная должность, которая называлась «эксперт Книги». Как выяснилось, братьям было вовсе не обязательно носиться высунув язык и фиксировать все новые рекорды лично. По условиям компании достижение считалось зарегистрированным, если его удостоверили два любых эксперта. Тогда, спрашивается, почему ее Норрис пропадал целыми неделями сначала в поездках по стране, а потом и по всему миру? Ведь где-то в конце 1960-х годов мир охватила настоящая «гиннессомания»! Люди просто помешались на соревнованиях и шли на всевозможные уловки, чтобы стать рекордсменами. Однажды им позвонили их американские коллеги - филиалы Книги уже возникли во многих странах - и рассказали, как во Флориде какие-то умельцы соорудили слону из специальных подкрашенных веревок небывало длинный хвост, после чего вызвали экспертов! Вот поэтому-то, объясняли братья, они и стремились все, что можно, удостоверить лично, особенно это касалось новых рубрик и каких-то выдающихся случаев.

В ранней юности Карол не могла даже заподозрить, что окажется от природы столь же ревнива, сколь ее муж любознателен; она просто не могла допустить и мысли, что он будет уезжать куда-то без своей второй половины! Жена Росса Розмари гораздо спокойнее переносила разлуку и ездила с ним значительно реже, посвящая большую часть времени воспитанию их двоих сыновей. Ну а жизнь Карол не прошла - пролетела среди самых невероятных зрелищ. Иногда ей кажется, что она жила за кулисами редчайшего, самого экзотического в мире цирка, и если хорошенько вдуматься - разве это не так? Львиную долю времени они с Норрисом колесили по миру: гостиничные номера, безликая мебель, собственные серые, не узнаваемые от налета усталости лица в стандартных отельных зеркалах. Она даже не заметила, когда Норрис успел поседеть, точно такая же красивая серебристая седина, даже так же расположенная, одновременно украсила голову Росса. Они гонялись за рекордами, как голодные охотники за добычей. Рекорды бывали всякие: удивительные, странные, дикие, немыслимые, смешные... Вот они на Аляске в городе Джуно ради того, чтобы убедиться, что самым тяжелым наземным млекопитающим действительно является данный белый медведь: этого беднягу застрелили в Чукотском море, к востоку от Коцебу. МакУиртерам сообщили, что его вес более девятисот килограммов, и братья попросту не поверили и тотчас снарядились в дорогу. Вот они в Мехико - это 1969-й или 1970-й год - на уникальной свадьбе: жениху Октавио Гульену и невесте Адриане Мартинес по восемьдесят два года, счастливому событию их бракосочетания предшествовала самая долгая в мире помолвка - она длилась шестьдесят семь лет! В церкви Карол стояла уже на последнем издыхании - шумный, крикливый, беспорядочный Мехико доконал ее, а тут еще братья уговорили по дороге попробовать жареные лепешки с уличной жаровни. В результате прямо из церкви ее увезли в весьма подозрительную больницу: живот у Карол скрутило так, что она уже почти попрощалась с жизнью. Норрис, которого она с таким нетерпением ждала, появился где-то через пару часов и вел себя весьма странно - не присел к ней на кровать, не поцеловал, а под предлогом усталости устроился на стуле в сторонке и... задремал. Карол решила, что ему стало плохо, и, с усилием поднявшись, взяла мужа за руку и только тут по характерному следу от пореза обнаружила: это вовсе не ее муж, а Росс!

- Где Норрис?

В ответ - сопение: Росс не умел врать. Карол насторожилась, и самые разные нехорошие мысли полезли ей в голову. Наконец смущенный и растерявшийся Росс выдавил:

- Ты только ничего такого не думай! Норрис поехал посмотреть мексиканские бани, он давно мечтал.

- А они «самые-самые» что? - с насмешкой спросила Карол.

- В них работают самые юные в мире проститутки, - промямлил Росс, - вот мы и подумали...

Карол была потрясена. Такой сюжет даже не приходил ей в голову и она впервые задумалась, а правильно ли, что она безоговорочно доверяет Норрису? А вдруг? А вдруг по ночам, пусть и иногда, к ней приходит Росс, а не Норрис? А Норрис в это время... где-то еще. В темноте-то их сам Создатель не различит. Нет, все-таки жить с близнецом - это, это... Это просто что-то невероятное. А с близнецами МакУиртер - невероятное в квадрате.

Кстати, когда она в первый раз произнесла эти сакраментальные слова? Говорят, на свете нет ни одной жены, которая хотя бы раз в жизни их не сказала, в противном случае ее стоило бы занести в Книгу рекордов Гиннесса.

- Норрис, я ухожу! С меня довольно!

В тот незабываемый вечер к ним должны были прийти гости, и он пообещал, что Карол ожидает сюрприз. И еще невинно спросил: мол, ничего, если приедут телевизионщики поснимать наше домашнее пати? Ради бога! К этому Карол давно привыкла, Норрис с Россом постоянно общались с телевидением, участвовали в куче национальных программ, их часто снимали для разных передач...

В те моменты, когда они не разъезжали, их жизнь была заполнена застольями, приемами, общением с прессой, с ними здоровалась за руку восходящая звезда политики, а потом премьер-министр Маргарет Тэтчер, они дружили и с творческой богемой - Лоуренсом Оливье, Сальвадором Дали, Патриком МакГухапом, Роже Вадимом; поскольку Норрис и Росс в молодости были спортивными комментаторами и журналистами, у них сохранилась дружба со многими спортсменами, особенно Карол симпатизировала известному гонщику Кэролу Шелби. И многие приезжавшие в Лондон знаменитые иностранцы стремились познакомиться с братьями МакУиртер, которые с их Книгой стали в Лондоне такой же достопримечательностью, как Музей мадам Тюссо.

Гости еще не собрались, поэтому Карол успела поправить цветы в вазах и проверить, правильно ли прислуга сервировала стол - обычно за всем приходилось следить. Отступив от стола назад к дивану. Карол решила присесть и. едва приземлившись, услышала странный то ли писк, то ли стон! Пресвятая Дева! Она чугь не придавила какого-то крошечного человечка, примостившегося тут же. Карол и не заметила его среди больших диванных подушек! На вид это был вылитый гном. Карол вскрикнула, вскочила и бросилась за Норрисом. Муж был невозмутим, как всегда:

- Знакомься, дорогая, это наш гость, мистер Бейкер... Идет на рекорд как самый коротенький актер в Великобритании, хотя у него есть конкуренты, так что еще посмотрим... Не правда ли, мистер Бейкер?

- Правда, - пропищал человечек. - Пожалуйста, не беспокойтесь, миссис МакУиртер.

Легко сказать... Стараясь загладить неловкость, Карол со светской любезностью стала задавать крошечному гостю какие-то пустые вопросы. А через пять минут в гостиную вошел... Гулливер, настоящий гигант, едва не задевавший головой потолок. Карол решила ничему не удивляться. Это был Кристофер Гринер, британский баскетболист и начинающий актер, новая находка братьев, которой они страшно гордились. (Его рост равнялся 2 метрам 29 см. - Е. Г.) Чудесно. Замечательно. Какая милая и необычная получается вечеринка! Карол почему-то сильно разнервничалась и с трудом держала себя в руках. А «сюрприз» был еще впереди. Их близкий знакомый спортсмен Яков Бирне ввел под руку длинноногую блондинку, затянутую в корсет. В даме Карол померещилось что-то странное, и, присмотревшись, она обнаружила, что никогда раньше не видела такой тонюсенькой талии, буквально с горлышко майонезной банки.

- Я уверен, Норрис, что эта дама будет вам интересна, - басил Яков. - Не забудьте меня упомянуть как автора новой рубрики!

Тут чаша терпения Карол переполнилась. Хватит. Точка. Всему есть предел. Она по горло сыта этим балаганом! Чем они занимаются? Во что Норрис превратил их дом? Недавно они взяли кухарку Николь, весившую примерно сто тридцать килограммов, и она вовсе не собиралась останавливаться на достигнутом, твердо решив «идти на рекорд», а сколько к ним набивалось таких ненормальных - и в садовники, и в прислугу: весь Лондон знает, чем можно купить Норриса МакУиртера! Скоро эта чертова книга окончательно сведет их всех с ума! Норрис, Росс да и она сама давно перестали нормально себя чувствовать и обыденном человеческом пространстве, им во всем теперь подавай «превосходную» степень! А тут еще эта девица с комариной талией! Скоро вместо нее, Карол, Норрис найдет себе «самую-самую» по всем параметрам женщину! Интересно, кстати, какой она будет?!

В тот вечер они с Норрисом впервые отчаянно поссорились. Решив, что с нее довольно и она желает жить как все, Карол храбро сложила небольшой чемоданчик и перебралась за город к кузине: подумать, отдохнуть друг от друга, подышать воздухом обычных людей. Но уже через три дня она снова была подле Норриса, так как случилась трагедия.

27 ноября 1975 года два человека в масках позвонили в дверь дома Роеса. Он подумал, что пришла Розмари, открыл и был расстрелян в упор. Его убили боевики Ирландской республиканской армии, которые недавно организовали в Лондоне серию терактов. Росс МакУиртер, живо интересовавшийся политикой, ультраправый по убеждениям, публично обещал 50 тысяч фунтов стерлингов тем, кто выдаст террористов. И поплатился за это.

Трудно даже представить, что творилось с Норрисом, после того как Росс погиб. У этих близнецов была не только одна душа на двоих, но, похоже, и одно тело, потому что Норриса в течение трех лет мучили боли в тех самых местах, куда в Росса попали пули. Очень несладко пришлось и невестке Карол - несчастной Розмари, потому что, похоронив и оплакав мужа, она постоянно имела перед глазами его точную живую копию! Розмари не могла удержаться и приходила в дом Карол и Норриса почти каждый день, не сводила с Норриса глаз и постоянно называла его «Росс».

Но Карол была уверена, что прямо или косвенно, но это «мисс Превосходство» принесла им всем несчастье. Это из-за нее, что бы там ни говорили, Росс - и Норрис вместе с ним потеряли чувство реальности, у братьев возникло ощущение, что весь мир - это театр, в котором они могут установить свои правила игры. И Карол, посоветовавшись с Розмари, твердо решила: после того, что случилось, они должны любой ценой заставить Норриса остановиться, закончить наконец свой затянувшийся роман с Книгой. Тем более что она в нем уже давным-давно не нуждается. Гигантский раскрученный МакУиртерами бизнес шел своим чередом, вовлекая все новые страны, порождая все новые шоу, телепередачи, игры, викторины, книги-клоны... Уже созданы музеи Книги рекордов Гиннесса в Лондоне и в Нью-Йорке, так что Норрис МакУиртер мог спать спокойно - он обеспечил себе бессмертие! Но от «мисс Превосходство» оказалось не так просто отделаться: она обвила Норриса, словно ядовитый плющ. Вместо того чтобы красиво проститься с ней, на чем настаивала Карол, Норрис придумал новый раздел, который назвал «Достижения человека». До сих пор Карол удивляется, как ее муж мог оказаться столь простодушно наивен! Он полагал, что теперь у людей появится стимул развивать себя, свои таланты. И им - в смысле людям - понравилась его идея. К ужасу Норриса, однажды в их квартире раздался телефонный звонок, и возбужденный молодой мужской голос закричал в трубку:

- Мистер МакУиртер, вы должны срочно приехать! Мой друг поставил рекорд - он съел полкило толченого стекла! Он истекает кровью, приезжайте быстрее!

Карол видела, как Норрис побелел.

- Где вы находитесь? - заорал он в ответ. - Срочно вызывайте скорую!

И вот со всех сторон посыпались известия о том, что в погоне за славой, ради того чтобы попасть в знаменитую Книгу, сотни людей объедались стеклом, иглами и прочими колюще-режущими предметами, пытались ходить по раскаленным углям, протыкали себе всевозможные части тела, не пили и не ели неделями, доводя себя до критического состояния...

Норрис поначалу хорохорился: мол, не может же он отвечать за любую дурь, но после того как в лондонской больнице в мучениях умерла пятнадцатилетняя девочка, сделавшая на своем теле тысячу пирсинговых прокалываний, он опомнился. Правда, было поздно.

В почтовом ящике они стали обнаруживать письма с угрозами. Дважды на поздно возвращавшегося с телевидения Норриса совершали нападения. Один раз его очень сильно избили, в другой - собирались пырнуть ножом, но помог случай: неожиданно сработала сигнализация припаркованной рядом машины и спугнула бандитов. Полиция предполагала, что Норрису хотят отомстить родственники заигравшихся кандидатов в рекордсмены. В срочном порядке МакУиртер сделал публичное заявление, что в Книгу больше не войдут рекорды, связанные с каким бы то ни было членовредительством. Кроме того, он клятвенно пообещал измученной всеми этими происшествиями Карол, что после празднования тридцатилетнего юбилея его детища - осенью 1985 года - он уйдет из бизнеса и они наконец впервые поживут для себя. В конце концов, им уже под шестьдесят, и самое время поселиться где-нибудь на юге Франции, или на Багамах, или в другом каком-нибудь райском уголке. После всех приключений они заслужили немного покоя.

...В праздник тридцатилетия «мисс Превосходства» - надо же, эта краля все еще молода! - Карол страшно волновалась, и у нее буквально дрожали руки, когда она прикалывала брошь к своему новому костюму. А вдруг какие-нибудь злоумышленники воспользуются суетой, огромным скоплением народа и сумеют добраться до Норриса? Но как можно его удержать? Это ведь и вправду его день! Народу на улицы высыпало огромное количество. На Трафальгарской площади накрыли самый длинный стол - более чем в сто метров; на разных площадках собирались демонстрировать самые разнообразные рекорды - издалека видно, как какой-то бородач пытается удержать на голове штук двадцать увесистых томов Книги рекордов Гиннесса. На вечер было запланировано выступление Майкла Джексона - в этом году он вошел в Книгу как рекордсмен, выпустивший самый тиражный в истории музыкальной индустрии альбом - Thriller. МакУиртеры двигались по улице в сторону Вестминстерского моста. Перевозбужденную и взволнованную Карол немного успокаивало то, что с ними рядом шел их личный Гулливер и защитник - Кристофер Гринер, с которым МакУиртеры подружились. Его ошеломляющий рост пугал многих, некоторые, правда, считали, что он идет на ходулях.

В какой-то момент Карол показалось, что Норрис споткнулся. Но нет, это она сама отчего-то стала падать, и ее подхватили сильные руки Кристофера. Люди, улица и дома вокруг - все внезапно закружилось хороводом, потом расплылось в неясное пятно, и наступила темнота.

...Два года Карол пыталась бороться с навалившейся на нее болезнью. Случившийся во время праздника приступ был лишь первым звоночком давно развивающейся раковой опухоли. Последние годы миссис МакУиртер жила в таком непосильном нервном напряжении, так переживала из-за Норриса, что в результате заболела сама. Она бодрилась, особенно в присутствии мужа. Ну разве она не знает лучше, чем кто бы то ни было, что в этом мире возможно все? Они с Норрисом в свое время навещали женщину, пережившую, кажется, двенадцать онкологических операций и умершую от пневмонии в сто четыре года! Поэтому выше нос, Карол! Не сдавайся. Ты жена человека, посвятившего свою жизнь невероятному, - так уж будь добра держать марку!

Карол МакУиртер умерла осенью 1987 года. Ее муж сдержал данное ей слово - действительно отошел от дел Книги рекордов Гиннесса. Через четыре года, не выдержав одиночества, Норрис МакУиртер женился на своей помощнице Тессе Покок.

К счастью, опасения его первой жены не сбылись, и автор-составитель легендарной книги умер своей смертью 19 апреля 2004 года в возрасте семидесяти восьми лет.